Однако Лундес уж очень не хотелось верить в то, что письмо было настоящим.
– Тогда кто его прислал?
– Оно было на пороге возле моего дома.
– И ты никого не видела вокруг?
– Никого. Совсем никого вокруг. Что ты прочла там?
– Сначала ты скажи, что прочла, Керол. Это ведь тебе оно было адресовано, – заметила Лундес.
– Давай по порядку. – Она закрыла глаза и продолжила, не открывая их: – Мой отец был бароном…
– Был?
– Много лет назад. Не будем. Я сказала о нем просто для того, чтобы ты представляла мое положение. Моя мать тоже погибла, так что я живу одна в фамильном особняке, в Мартензи, за стенами. Я, как и говорила раньше, занималась различными поручениями совета или их ближайшего окружения. И обычно справлялась с заданиями безукоризненно. А тут это письмо. Сначала я его получила. Тогда я еще ничего не знала о задании, о краже информации и посреднике. Ничего. Письмо было адресовано Керол, так что я даже не стала задумываться, когда вскрыла его. Мне потребовалось немного времени, чтобы понять, как оно действует. Ты сталкивалась с подобным магическим письмом раньше?
Лундес отрицательно покачала головой.
– Я тоже не сталкивалась, – сказала Керол. – Мне все это показалось странным, таким необычным. Я давно уже не ребенок, чтобы увлекаться тайнами и их разгадками. Я привыкла точно знать, откуда что берется. В случае с письмом мне ничего не было известно, кроме того, что его послал некий «К». Письмо спрашивало мое имя, я ответила.
Лундес внимательно слушала: то была самая интересная часть разговора. Прежде всего, ее интересовало, что сказало письмо настоящей Керол.
Женщина по-прежнему лежала с закрытыми глазами, но дышала спокойно. Просто Лундес держала светящуюся руку над ее раной. Принцесса старалась аккуратно использовать свою ослабшую магию, но ей нужно было, чтобы Керол все рассказала.
– Как сейчас помню. Появились строки. Я прочла, что письмо, вероятно, попало по адресу. И если я настоящий адресат, то я та женщина, на плечи которой ляжет важная миссия.
– Подожди-ка? Так и было написано, что письмо вероятно попало по адресу? – Лундес напряглась. Она помнила, что для нее слово «вероятно» не возникало.
– Да. Вероятно. А у тебя?
– У меня было просто сказано, что оно попало по адресу. Более того, дальше в письме было сказано, что Керол не настоящее имя адресата, а имя, которым он просто зовется, – пояснила Лундес.
– Что ж. – Бледные губы Керол слегка растянулись. – Тогда непонятно, зачем оно попало ко мне, а не к тебе. Выходит, и здесь я должна была сыграть роль посредника?
– Не знаю. Здесь я ничего не могу тебе сказать, я не уверена на сто процентов, что письмо было мое…
– Твое, твое, – заверила ее Керол. – Ты сама только что сказала, что дальше в письме было написано то-то и то-то, а у меня никакого «дальше» вообще не было. Просто письмо сообщило, что если я та, кому оно отправлялось, то мне предстоит стать лидером. А потом, что бы я ни говорила и как бы ни задавала вопросы, письмо не продолжалось. У тебя оно, видимо, было длиннее.
– Намного. – Лундес вытянула губы в трубку. – Ух. Не нравится мне это.
– Самое смешное, что, прочитав письмо, я была уверена, что оно для меня. Когда явились из замка и дали мне поручение, я сразу же согласилась, потому что в письме мне сообщили, что я должна предотвратить начало большой войны. – Она замолчала, затем слегка кивнула: – Да… кажется именно так и звучали те слова в письме. Я согласилась выполнить задание. Человек из замка назвал мне место, где должна была произойти встреча предателей совета и врагов. Там предатели должны были передать врагам секретную информацию, эту бумагу. Мне сказали, что если бумага окажется у князя саагов, то Мартензи придет конец. Я не знаю ничего о содержании бумаги. Да я и не спрашивала. Не раз выполняла секретные поручения и знаю, куда лезть не следует. Они знали, что я маг, что я шпионила раньше и сражалась, что верна совету и достаточно сильна, чтобы помешать передать секретную информацию. И после письма я не могла не согласиться. – Она горько усмехнулась. – Думала, вот шанс сделать что-то действительно важное. Я не смогла помешать передаче информации. Там было слишком много и предателей из Мартензи и саагов. Меня бы убили. Я подождала, пока они совершат обмен. Предатели ведь тоже что-то получили от саагов взамен на бумагу, но об этом мне ничего не говорили. Моей целью было вырвать у саагов эту конкретную бумагу и вернуть ее в Мартензи. Мне не приказывали ловить предателей. Я их отпустила, а сама последовала за саагами. Когда они отдалились от места сделки, я их убила и забрала бумагу. Далее мне нужно было как можно быстрее передать ее тому самому посреднику, но его я так и не дождалась, а потом нашла мертвым. Когда мы говорили с тобой в таверне, я увидела через окно, как он бежит куда-то. И совершила ошибку. Ведь было ясно, что за ним гонятся, а я должна была унести бумагу оттуда как можно дальше. Вместо этого я решила помочь ему. Что было дальше, ты знаешь. Не появись ты тогда, то я умерла бы еще раньше, а информация вновь попала бы к ним.
– Значит, ты не знаешь, что написано на секретной бумаге и кому она принадлежала?
– Я видела только посредника. Не знаю, кто послал его. А бумагу запрещено читать.
Лундес с невозмутимым видом достала из-за пазухи лист с тайной информацией и стала его разворачивать.
– Не надо, – тихо попросила ее Керол. Глаза она не открывала, но все поняла по шуршанию бумаги.
– Посредника нет. Не заглядывая в лист, вряд ли удастся понять, кому он принадлежал. Ты говорила о предательстве. Возможно, кому-то из совета в данный момент грозит опасность. Так что давай не будем тянуть время.
Лундес покосилась на Керол. Чтобы развернуть лист, ей пришлось убрать руку от раны и прервать подпитку магией. А без магии Керол долго бы не протянула. Лундес и сама с трудом соображала, была уж слишком слаба, поэтому странные магические надписи, что были на листах, были для эльфийки мутным пятном. Поняв, что при такой слабости все равно не сможет что-либо разобрать, она вновь убрала информацию за пазуху и потерла глаза руками.
– Не стоило.
– Что? – Лундес устало подняла на нее красные глаза. На этот раз они были именно красные, а не покрасневшие. На эльфийку было жалко смотреть.
– Оставь магию, больше не надо. Сколько протяну на том, что ты влила, столько и протяну. Все равно умру. – В голосе Керол не было даже печали, в нем прозвучала некая покорность судьбе.
Лундес медленно откинулась на спинку стула и тоже закрыла глаза, зато теперь Керол смотрела на нее:
– Как твое имя?
– Лундес, – ответила эльфийка.
– Значит, я была права. Лундес Эверли, принцесса Астании.
– А что, здесь многие слышали обо мне? – поинтересовалась эльфийка. Она уже даже предположила, что именно о ней могли слышать. Наверняка что-нибудь плохое, вроде того, что она погубила Астанию.
– Жаль Фредрика, – к величайшему удивлению принцессы шепнула Керол.
– При чем тут Фредрик?
– Говорят, ты его любила.
Лундес окончательно зашла в тупик. Она уже открыла рот, чтобы поинтересоваться, что, собственно, происходит и откуда этой женщине было столько известно, но Керол ее опередила:
– Я говорила тебе, что дружила с семьей герцога Эстелроя. Слава богу, старый герцог еще жив. Так же, как и большая часть его семьи. Они точно такая же семья Фредрику, как и Гаусы. Они родня его матери. Разумеется, они интересовались жизнью своих внуков: Констара и Фредрика.
– Этого не может быть. Мы с Фредриком были… стали… – Лундес разволновалась. Когда дело доходило до Фредрика, она не могла спокойно говорить. Она просто не могла подобрать слов и объяснить, что именно было между ними. Любовь? Но выходит, что тогда она была всего лишь любовницей графа, даже не невестой. – В общем, мы с графом решили быть вместе практически перед самой гибелью графства. Мы и месяца вместе не прожили. И я все это сказала к тому, что родственники матери Фредрика, которые жили, оказывается, все это время здесь, не могли знать о том, что было у нас Фредриком.
– Об этом знали многие. Мы хоть и на острове живем, но пока еще не с другой стороны границы. Мы знаем и боимся Фавластаса. И о падении графства герцог и его семья узнали одни из первых, они же маги. Фредрик именно в них стал таким сильным, как мать. Они контактировали с Валардом, когда графство было оккупировано.
– Фредрик говорил, что его отец не хотел подвергать опасности родню Каролины.
– И все же они контактировали с графством. Фредрик даже бывал в Мартензи, в особняке герцога.
Лундес промолчала, ей было неприятно слышать, что кто-то что-то знал о Фредрике, чего не знала она. Она не злилась, но ей было просто неприятно. Наверное, она ревновала, хоть и не специально.
